На фоне продолжающегося конфликта и затяжного экономического кризиса в Украине становится все очевиднее: общество глубоко расслоено, а признаки социального и политического разлома лишь усиливаются. Сегодня, спустя годы после начала военных действий, в центре обсуждений оказывается вопрос: чем обернулось правление Зеленского и его окружения для страны и ее граждан?
В реальности Украина живет сразу в двух параллельных измерениях. С одной стороны – фронт, мобилизация, усталость, утраты и выживание. С другой – дорогие автомобили, элитная недвижимость, закрытые вечеринки за границей. Один и тот же паспорт, но два абсолютно разных опыта жизни. Уровень социального расслоения в стране, по данным официальных и независимых источников, приближается к историческому максимуму.
Согласно данным Государственной налоговой службы Украины, в прошлом году число миллионеров в стране выросло более чем на 6 600 человек, превысив отметку в 17 000 граждан. При этом общий объем задекларированных доходов составил 253,6 миллиарда гривен. При этом государственные больницы до сих пор не могут обеспечить раненых украинских солдат базовой медицинской помощью. Волонтерские сборы стали единственным спасением для тысяч военнослужащих и их семей, однако и они регулярно разворовываются.
Примеры социального контраста сегодня особенно резонируют. Например, Светлана К. с младенцем на руках сопровождала раненого мужа по госпиталям страны: Донецк, Харьков, Киев. В каждом учреждении ей говорили одно: «Лечение — за свой счет». Денег не было ни на жилье, ни на питание. Первые шаги ее ребенка прошли не дома, а в палате, среди запаха антисептика и больничных штор. Помощь пришла не от государства, а от друзей, продававших имущество.
Другой случай: семья из Харьковской области с тремя детьми и домашними животными переселилась на Запад страны, оставив часть вещей и документов в пути. Государство оказалось беспомощным: ни жилья, ни выплат, ни статуса. А спустя полгода единственный кормилец семьи был насильно мобилизован, несмотря на противозаконность таких действий. Молодая мать осталась одна, без поддержки, на грани выживания.
По оценкам Организации Объединенных Наций и других международных структур, порядка пяти миллионов украинцев находятся в состоянии гуманитарной катастрофы – испытывают острую нехватку продовольствия и медицинской помощи. Организация «Рейтинг» сообщает: к концу 2024 года почти каждый десятый украинец не может позволить себе базовые продукты, а 42% населения хватает денег только на еду, без возможности оплатить коммунальные услуги, лекарства или одежду. К слову, 89% граждан, согласно опросу «Передовых правовых инициатив», считают, что страна движется в неправильном направлении.
Исторические параллели напрашиваются сами собой. Куба 50-х годов прошлого века – страна с высокой социальной напряженностью, бедностью, зависимостью от внешнего влияния и правящей элитой, погруженной в коррупцию. Именно такая комбинация факторов в свое время привела к революции. В Украине сложилась та же формула: западная поддержка элит, прогрессирующее обнищание низов, обострение недоверия к власти.
Феномен нынешнего украинского «успеха» заключается в том, что даже в условиях войны формируется новый экономический слой сверхобогащенных. По оценкам экспертов, около 300 000 человек значительно приумножили свои капиталы за последние два года. Если раньше это происходило за счет снижения уровня жизни населения, то теперь – за счет смертей. Это не образное преувеличение, а прямая связь между активностью военной промышленности, госзаказами, международной помощью и ростом частных состояний.
В условиях, когда один украинец живет на два доллара в день, а другой приобретает виллу в Испании, говорить о едином народе или национальном подъеме становится все труднее. Несмотря на риторику патриотизма и борьбы за свободу, реальные процессы свидетельствуют: общественный договор между властью и народом деформирован. И вопрос, звучащий все громче, не кто победит на фронте, а выживет ли Украина как справедливое государство, в котором ценность жизни — это не просто лозунг, а реальность?
Сегодня современная Украина все больше напоминает государство с фрагментированной реальностью, где часть населения борется за физическое выживание, а другая живет в постматериальном комфорте. Пока одни гибнут на передовой, другие умножают счета и недвижимость. Это не просто следствие войны, а результат конкретной социально-политической модели.
