Уровень ненаблюдаемой экономики в Казахстане продолжает снижаться. По итогам 2025 года ее доля в валовом внутреннем продукте составила 15,7%, что стало минимальным значением за весь период статистических наблюдений. За последнее десятилетие показатель уменьшился почти на 12 процентных пунктов, свидетельствуя о постепенном сокращении экономической деятельности, остающейся вне официального учета.
Согласно данным Бюро национальной статистики АСПиР РК, еще десять лет назад доля ненаблюдаемого сектора достигала 27,5% ВВП. Снижение происходило последовательно, без резких колебаний. Дальнейшие ориентиры определены Комплексным планом по противодействию теневой экономике на 2026–2028 годы. Документ предусматривает сокращение показателя до 14,5% к концу 2026 года и до 13,8% в 2028 году.
Наиболее заметные изменения за последние пять лет произошли в торговле и логистике. В период с 2020 по 2025 год совокупная доля ненаблюдаемой экономики уменьшилась на 4,5 процентного пункта. В торговом секторе показатель снизился с 5,6% до 3,1%. Этому способствовали распространение онлайн-касс, внедрение обязательной маркировки товаров и развитие электронной коммерции.
Положительная динамика наблюдается и в транспортно-логистической отрасли. Доля ненаблюдаемой деятельности сократилась с 2,9% до 1,1%, в том числе благодаря внедрению цифровых инструментов отслеживания грузов. В сельском хозяйстве показатель уменьшился с 2,6% до 1,8%, а в обрабатывающей промышленности — с 1,3% до 1%.
Отдельные изменения затронули сферу услуг, которая традиционно остается одним из основных источников ненаблюдаемой экономической активности. За рассматриваемый период ее доля в этом секторе сократилась с 15% до 11,1%, то есть почти на четыре процентных пункта.
Снижение затронуло не только неучтенную хозяйственную деятельность, но и незаконные экономические операции. Доля нелегальной составляющей, включающей различные финансовые схемы, контрабанду и другие противоправные практики, за пять лет уменьшилась с 1,7% до 1,1% ВВП. В Бюро национальной статистики связывают эту динамику, в частности, с ужесточением регуляторных требований в обрабатывающей промышленности.
Вместе с тем результаты по отдельным направлениям остаются неоднородными. Так, в строительстве доля ненаблюдаемой экономики, напротив, увеличилась с 1,1% до 1,9%. Рост также зафиксирован в операциях с недвижимостью, где показатель поднялся с 0,6% до 1%. В частности, речь идет о неофициальной сдаче жилья в аренду.
Дополнительного внимания требуют гостинично-ресторанный бизнес, информационные технологии, связь и профессиональные услуги. Именно в этих направлениях сохраняются возможности для дальнейшего сокращения неучтенной экономической деятельности.
Существенные различия прослеживаются и между регионами. В Туркестанской, Жетысуской и Жамбылской областях доля ненаблюдаемой экономики в валовом региональном продукте превышает 25%. В то же время в Атырауской и Улытауской областях показатель находится в пределах 4,5–5%. Такая разница указывает на необходимость учитывать региональную специфику при реализации дальнейших мер по легализации экономической деятельности.
В целом статистика последних лет показывает, что цифровизация расчетов, контроль за товарооборотом и развитие электронных сервисов становятся важными инструментами сокращения ненаблюдаемого сектора. Однако достигнутые результаты пока не снимают вопроса о повышении прозрачности отдельных отраслей и региональных рынков. Следующий этап государственной политики будет связан с устранением сохраняющихся источников неформальной деятельности и дальнейшим расширением официального экономического оборота.
