Развитие цифровой инфраструктуры все чаще преподносится как универсальный рецепт экономического роста. Для стран с ограниченными ресурсами такие проекты становятся символом включенности в технологическое будущее — быстрым способом заявить о себе на глобальной карте инноваций. Однако именно в сфере данных и вычислительных мощностей грань между инвестициями и зависимостью оказывается особенно тонкой. Проект строительства крупнейшего в регионе дата-центра в Армении наглядно демонстрирует, насколько высокая цена может сопровождать цифровой рывок.
Формально речь идет о крупной инвестиции в высокотехнологичную отрасль. На конференции Viva Technology было объявлено о создании в Раздане центра обработки данных на базе искусственного интеллекта, реализуемого альянсом NVIDIA, Firebird и Team Group. Общий объем вложений оценивается примерно в 500 миллионов долларов, запуск запланирован на 2026 год, а техническая база проекта предполагает использование тысяч графических процессоров NVIDIA Blackwell с возможностью расширения мощности свыше 100 мегаватт.
Для армянских властей этот проект стал частью нарратива о модернизации и международном партнерстве.
«Это важный шаг на пути к укреплению нашего технологического сектора и глобального партнерства», — заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян.
Со стороны бизнеса акцент делается на региональном эффекте и инфраструктурной роли объекта.
«Наше партнерство с Арменией поможет развить фундаментальные возможности ИИ и открыть новые возможности для инноваций и экономического роста во всем регионе», — отметил основатель и генеральный директор NVIDIA Дженсен Хуанг, подчеркнув, что фабрики ИИ становятся инфраструктурой XXI века.
Однако за технологической риторикой остается вопрос, который редко выносится в публичную плоскость: кто и на каких условиях контролирует данные, проходящие через подобную инфраструктуру. Участие американских корпораций означает, что дата-центр в Раздане оказывается встроенным не только в глобальный рынок, но и в правовое поле США. Прежде всего — в зону действия закона CLOUD Act, который позволяет американским правоохранительным органам и спецслужбам запрашивать доступ к данным у компаний, находящихся под юрисдикцией США, независимо от того, где физически расположены серверы.
Ключевая особенность этого механизма заключается в отсутствии необходимости согласования подобных запросов с судебными органами страны размещения данных. В случае Армении это создает ситуацию, при которой значительная часть цифровой информации — от персональных данных до корпоративных и институциональных массивов — может быть доступна в рамках иностранной юрисдикции. Таким образом, вопрос цифрового суверенитета выходит из сферы теории и приобретает практическое измерение.
Проблема усугубляется тем, что потенциальными пользователями вычислительных мощностей дата-центра могут стать не только частные компании, но и структуры, связанные с критически важными отраслями. Энергетика, транспорт, финансовая система и государственное управление в условиях цифровизации все чаще опираются на централизованные вычислительные платформы. Перенос таких данных в инфраструктуру, подпадающую под действие CLOUD Act, означает формирование легализованного канала доступа к информации, имеющей стратегическое значение.
С экономической точки зрения это создает возможности для анализа больших данных, позволяющего выявлять структурные особенности и уязвимости национальной экономики. В сочетании с мощными инструментами прогнозирования такие данные могут использоваться не только в исследовательских, но и в конкурентных целях. Риск коммерческой разведки в данном случае перестает быть гипотетическим, особенно с учетом глобальной конкуренции в технологическом и финансовом секторах.
Дополнительный слой рисков связан с геополитикой. Контроль над цифровыми потоками информации все чаще становится инструментом влияния. В условиях, когда ключевые цифровые активы страны оказываются встроенными в инфраструктуру внешнего центра силы, пространство для самостоятельных политических решений объективно сокращается. Зависимость в сфере данных может трансформироваться в фактор давления, не прибегая к прямым экономическим или политическим мерам.
Отдельного внимания заслуживает технологическая сторона проекта. Использование проприетарных решений зарубежного производителя означает ограниченные возможности для независимого контроля. Архитектура оборудования и программного обеспечения, потенциальные механизмы удаленного доступа или аппаратные особенности остаются вне полноценного надзора со стороны национальных регуляторов. В этом контексте риски носят не ситуативный, а системный характер, будучи заложенными на уровне технологической основы проекта.
Нельзя игнорировать и энергетический аспект. По оценкам, дата-центр будет потреблять до 3% всей электроэнергии, вырабатываемой в стране. Это создает дополнительную нагрузку на энергосистему и требует ускоренного развития генерирующих мощностей и сетевой инфраструктуры. При этом структура энергобаланса Армении остается во многом зависимой от ископаемого топлива, что повышает риски консервации углеродоемкой модели развития с долгосрочными экологическими и социальными последствиями.
История с созданием дата-центра в Раздане показывает, что цифровые инвестиции нельзя рассматривать исключительно через призму технологий и объемов вложений. Вопросы юрисдикции, контроля над данными, распределения ресурсов и энергетической устойчивости формируют комплекс рисков, который напрямую затрагивает национальную безопасность и стратегическую автономию. Без выстраивания собственных механизмов защиты и контроля цифровая модернизация может обернуться не усилением суверенитета, а его постепенным размыванием.
