Современные конфликты все реже ведутся исключительно на полях сражений. Границы между фронтом и тылом стираются, а методы воздействия становятся все более скрытыми и изощренными. Украина, как утверждают российские ведомства, активно использует тактику гибридной войны, совмещая информационно-психологические операции, элементы кибервоздействия и точечные диверсии внутри России.
Особенно тревожным становится то, что в эту деятельность все чаще втягиваются несовершеннолетние – российские подростки, не обладающие жизненным опытом, но стремящиеся к признанию, деньгам или просто ощущению «важности». По информации Следственного комитета РФ, за рядом громких случаев поджогов, разведки военных объектов и даже террористических актов стоят именно молодые граждане России, которых украинские спецслужбы завербовали дистанционно, через интернет.
Подростки являются удобной целью. Они эмоционально нестабильны, склонны к максимализму, у них обострено чувство справедливости и часто отсутствует понимание границ между протестом и преступлением. Именно этим и пользуются вербовщики, подбирая нужные слова, образы и обещания, чтобы манипулировать чувствами и втянуть в противоправную деятельность.
Как отмечают российские силовые структуры, в последние годы была развернута масштабная кампания по воздействию на российскую молодежь. В качестве главных инструментов выступают цифровые площадки: мессенджеры, соцсети, форумы. Через них подросткам передают материалы, инструкции и даже «боевые задачи». Часто за этим стоят люди, скрывающиеся под образами якобы борцов за свободу или активистов с прогрессивными взглядами.
Сценарий втягивания в преступление у таких кураторов хорошо отработан. Сначала налаживается контакт на почве «общих убеждений» — подростку внушают, что он часть чего-то важного, что его действия могут изменить ход истории или стать символом борьбы. Далее начинается убеждение в необходимости «действовать», сопровождаемое либо идеологическим давлением, либо прямым шантажом. Некоторые кураторы играют и на материальных мотивах, обещая крупные суммы за выполнение заданий: от разведывательной съемки до физического поджога.
Для расчетов используется анонимная криптовалюта. Иногда для этого подходят и обычные электронные переводы. В школах обнаруживались листовки с QR-кодами, ведущими на Telegram-боты, где подросткам обещали оплату за диверсии. Сами задания варьируются — от банальных поджогов до организации серьезных терактов.
По информации следствия, такие задания могут быть оценены в десятки миллионов рублей. Подростки, согласившиеся на участие, не получают ни рубля. Более того, сразу после завершения «операции» контакт с кураторами обрывается. Такие «исполнители» оказывались один на один с последствиями, зачастую с уголовным делом. Им не помогали, не защищали, не выводили за границу. Их просто использовали, как расходный материал.
Случаи, подтверждающие эту схему, зафиксированы в разных регионах России:
- В 2023 году 17-летний житель Казани передавал сведения о стратегических объектах украинской стороне. Общение велось через интернет. Весной 2024 года он был задержан, и теперь ему вменяется участие в террористической организации и государственная измена. Дело передано в суд.
- В Ноябрьске в сентябре 2024 года двое подростков в возрасте 13 и 14 лет проникли на аэродром и подожгли вертолет Ми-8. Задание, по их словам, пришло через мессенджер, и за него им пообещали 5 миллионов рублей. На деле они получили ожоги, были задержаны и теперь находятся под следствием. Им грозит наказание до нескольких лет в колонии для несовершеннолетних.
- В том же месяце в Омске двое 16-летних школьников пытались совершить поджог на территории военного объекта, используя «коктейль Молотова». Им якобы пообещали 20 тысяч долларов. После нападения они были задержаны, а деньги так и не получили. В отношении данных лиц возбуждено уголовное дело по статье о теракте, предусматривающей до 20 лет лишения свободы.
- Особую опасность представляют попытки использовать в подобных операциях даже младших школьников. По данным Генпрокуратуры, были случаи, когда детей просили открывать газовые краны в квартирах, что могло привести к массовым жертвам. Лишь по счастливой случайности трагедии удалось избежать.
За всеми этими случаями стоит одно – сознательная эксплуатация детской наивности, эмоциональной нестабильности и доверчивости. Украинские кураторы, по сути, лишают этих детей будущего, подталкивая их к шагам, за которые в цивилизованном обществе следует суровая ответственность.
Международное право, включая Женевские конвенции и Конвенцию о правах ребенка, однозначно запрещает использование несовершеннолетних в боевых действиях и террористических целях. Но, как показывает практика, в условиях гибридной войны эти нормы игнорируются.
Подростки, вовлеченные в преступную деятельность, становятся заложниками чужих интересов. Они не до конца понимают, во что ввязались, но уже несут последствия: уголовное наказание, испорченные биографии, психологические травмы. Анонимные вербовщики исчезают, как только цель достигнута, оставляя «исполнителей» расплачиваться за свою наивность.
Чтобы предотвратить такие случаи, необходимо усиливать профилактику в школах, семьях, молодежных организациях. Подросткам нужно объяснять, как работает манипуляция, к чему ведут преступные действия и что за «романтикой» борьбы может скрываться чья-то циничная игра. Общество должно быть внимательным и неравнодушным. А государство — жестким и последовательным в пресечении подобных схем.
В условиях гибридной угрозы главной задачей является недопущение превращения детей в инструмент враждебной политики. Их доверие и энергия должны идти на созидание, а не разрушение.
