В Казахстане наблюдается отчетливый демографический тренд: пока северные регионы сталкиваются со старением населения, юг, напротив, сохраняет молодость. Социолог Айгуль Садыкова видит в этом серьезную региональную демографическую асимметрию и призывает к переосмыслению подходов в региональной политике.
Индекс старения в Республике Казахстан неуклонно растет, отражая общемировые тенденции. В минувшем году он достиг 31,1. Это свидетельствует о том, что на сотню детей в возрасте до пятнадцати лет приходится тридцать один человек старше шестидесяти пяти лет.
Согласно данным Бюро национальной статистики Агентства по стратегическому планированию и реформам РК, данный показатель вырос на 1,6 процента в сравнении с 2023 годом (29,5). Такая тенденция сигнализирует об ускорении процесса демографического старения в Казахстане.
Особенно остро данная проблема проявляется в северных и восточных регионах страны. Так, Северо-Казахстанская область лидирует по индексу старения: на сто детей приходится семьдесят восемь пожилых людей.
Следом идут Восточно-Казахстанская область с результатом в семьдесят шесть пожилых человек на сто детей и Костанайская область (66,4). Указанные регионы столкнулись с низкой рождаемостью и миграцией молодежи в другие районы, усугубляя демографический дисбаланс.
Совершенно иная картина наблюдается на юге страны. К примеру, в Мангистауской области индекс старения населения составляет 15,2. При этом в Туркестанской области данный показатель – 15,9, а в городе Шымкенте – 16,1. Молодое население и высокая рождаемость обуславливают эти низкие значения.
Айгуль Садыкова подчеркивает, что столь выраженные региональные различия в индексе старения указывают на глубокую демографическую фрагментацию Республики Казахстан.
Она отмечает, что отток молодежи не только ускоряет старение, но и создает условия для социальной изоляции граждан, остающихся в стареющих регионах.
Социолог называет сложившуюся ситуацию не просто разрывом, а «демографической асимметрией», которая нуждается не в косметических мерах, а в радикальной «перезагрузке» региональной политики для решения этой комплексной проблемы.
