Насколько быстро можно ожидать восстановления казахстанской экономики и не замедляют ли этот процесс карантинные меры, сохраняемые после окончания действия чрезвычайного положения, – об этом и другом сейчас спорят многие аналитики. Экономический обозреватель Сергей Домнин в своем интервью нашему изданию прокомментировал эти волнующие многих вопросы.
— Э.К. Не замедляет ли восстановление экономики отмена чрезвычайного положения с сохранением карантинных мер, по Вашему мнению? В частности, то же предложение министра труда переложить выплаты 42500 тенге работникам на работодателей?
— С.Д. Сохранение карантинных мер, безусловно, замедляет восстановление экономики, поэтому вопрос в альтернативе. Если альтернатива карантинным мерам короткий период всплеска деловой активности, за которым последует рост заболеваемости и следующий жесткий карантин на месяц-другой, то лучше сохранить часть карантинных мер, растянуть период восстановления экономики, но сделать этот процесс более предсказуемым и устойчивым. И в этой ситуации мяч на стороне санитарных врачей, а не чиновников, предпринимателей и экономистов.
Норма о выплатах компенсаций в размере минимальной зарплаты на период вынужденного простоя из-за обстоятельств, не зависящих от работника и работодателя прописана в Трудовом кодексе. Другой вопрос, насколько эта норма справедлива в сложившихся условиях, но закон есть закон. Для работодателя это дополнительная нагрузка, ведь в период простоя он только несет издержки, но для работника – это хоть какая-то поддержка, большая определенность относительно перспектив предприятия в будущем (которую таким образом собственник сообщает персоналу) и стимул не менять работу.
— Э.К. Не является ли нынешний кризис, в том числе, и кризисом сырьевой модели экономики? Следует ли ожидать выработки новой концепции экономического развития страны?
— С.Д. Каждый кризис нефтяных цен в Казахстане и многих других странах-нефтеэкспортерах превращается в кризис сырьевой модели. Однако потом цены “отскакивают” и о кризисе сырьевой модели забывают до следующего шока на рынке нефти. В таком кризисе сырьевой модели можно жить десятилетиями.
Новая концепция экономического развития конечно же будет разработана, возможно, в уже формате Стратплана-2025, большие сомнения лишь с эффективностью ее внедрения. Если вы посмотрите на опыт стран-нефтеэкспортеров, в том числе более развитых в плане демократических и рыночных институтов, чем Казахстан, то увидите, что с зависимостью от цен на нефть так никому справиться и не удалось. Если углеводороды становятся доминирующим продуктом в экспорте, то они оказывают искажающее влияние на экономику на всем протяжении времени, пока занимают роль главного экспортного продукта. Ситуация одинакова как в относительно благополучной Норвегии, так и в менее благополучной Анголе. Периодически возникают периоды ремиссии, но эту болезнь невозможно вылечить, ее можно только облегчить. Например, направлять все доходы бюджета от нефти в фонд будущих поколений. Тогда изменение цен на нефть будет в меньшей степени сказываться на доходах бюджета. Эта модель частично внедрена у нас. Государственные инвестиции в основной капитал в тучные годы не должны зависеть от цен на нефть, а антикризисные программы, связанные с ростом расходов бюджета, должны быть ограниченными во времени. К сожалению, в последние 10 лет (после кризиса 2009) в Казахстане на уровне госпрограмм сам принцип контрцикличности размылся. Некоторые антикризисные программы, например, “Дорожная карта занятости” и «Дорожная карта бизнеса” как были запущены в 2010, так и продолжаются без остановки до сих пор. Программа “Нурлы жол” работала с кризиса 2015 и будет действовать до 2025. Причем, решение о ее продлении было принято еще в конце 2019, когда о коронакризисе никто в казахстанском правительстве еще не подозревал.
— Э.К. Какие, по Вашему мнению, нужны дополнительные антикризисные меры, которые облегчили бы положение МСБ и большинства населения?
— С.Д. На мой взгляд, сугубо антикризисных мер, то есть направленных на преодоление последствий закрытия и резкой остановки экономики, принято достаточно. Население в период ЧП поддержали социальными выплатами, достаточно большой объем средств (около 2% ВВП) выделили на преодоление безработицы, субсидировали ставку для производителей в приоритетных секторах, наиболее пострадавшие отрасли освободили от ряда налогов. В интересах отечественного МСБ перенастроена система госзаказа.
Проблема правительства в том, что оно не может предложить бизнесу и населению такие решения, которые убедят их, что будущее Казахстана предсказуемо. Что я имею в виду? Например, одной из мер поддержки аграриев по нынешнему антикризисному плану было “гарантированный закуп сельхозпродукции”, или форвардный контракт, по которому аграрий получает деньги от государственной структуры (в случае РК – от Продкорпорации) сегодня и дает обязательство поставить оговоренный объем продукции через, к примеру, 6 месяцев. Благодаря такой форме контрактов и у агрария, и у государства есть определенность на ближайшие полгода. Если мы говорим о промышленной политике – это прозрачные и работающие механизмы регулирования рынков и поддержки инвесторов, если о бюджетной – долгосрочный бюджет и стабильный уровень его дефицита, если о налоговой – прозрачная и понятная система принятия решений о введении новых налогов и взносов во внебюджетные фонды. Для населения чувствительными являются другие сферы, где тоже желательно давать большую определенность – это политика в сфере образования, здравоохранения, национальная и языковая политика, политика в сфере свободы слова и свободы совести.
Когда вы с одной стороны декларируете необходимость жить по средствам и сократить расходы бюджета, а с другой через год расширяете дефицит бюджета, вводя в бюджет новые и новые социальные расходы, это приводит в недоумение. Когда на протяжении 10 лет твердите о необходимости создания “экспорториентированных производств”, а потом запускаете программу импортозамещения, это тоже вызывает вопросы. Не добавляет доверия со стороны населения и смена с интервалом в два года министров образования, каждый из которых пытается сменить курс. Да и в идеологическом блоке мантр о стабильности и имитации политических реформ, к сожалению, уже не хватает.
Фото: inosmi.ru
