Пандемия коронавируса наглядно показала, что эффективность казахстанских госпрограмм занятости критически низкая. Когда уровень безработицы в стране достиг максимальной отметки, они могли лишь предложить небольшое количество рабочих мест с низкой оплатой труда. Фактически мы наблюдаем крах программ занятости. Почему же государственная политика по борьбе с безработицей не приносит плодов и, самое главное, как ее изменить?
Сегодня, к сожалению, точное число безработных в Казахстане не известно. Почему? Все дело в том, что официальная статистика, несмотря на большие цифры прироста безработицы, не дает реальной картины в сфере занятости. В августе глава Минтруда Биржан Нурымбетов говорил, мол — в период двух локдаунов количество безработных в республике увеличилось в 8 раз — до 3,5 миллиона человек. Хотя во время первого жесткого карантина госвыплату по потере дохода запросили 4,5 миллиона человек. Как мы видим, занижение статистики налицо.
Если все же верить официальной статистике, то к началу октября число людей «вне активной занятости» в нашей стране составило около одного миллиона человек. Исследователи труда считают, что к этому числу можно смело добавлять прослойку самозанятых. Их в Казахстане насчитывается полтора миллиона человек, абсолютное большинство из которых не занимается производственным трудом, а их доходы чрезвычайно низкие. Так вот, в итоге мы имеем около трети из 9,2 миллиона экономически активной части граждан, чьи условия труда оставляют желать лучшего.
Почему же нынешняя госполитика по борьбе с безработицей не приносит плодов? Всему виной существующие государственные программы, которые являются неэффективными и предоставляют рабочие места с низкими заработными платами. К примеру, госпрограмма «Енбек» предлагает людям без профессиональной подготовки за общественные работы 73 тысячи тенге. Да, на социальных рабочих местах оплата труда варьируется от 50 до 370 тысяч тенге. Однако эти 370 тысяч получает лишь небольшая группа работников.
У молодежи также нет перспектив получения рабочих мест. Та же программа «Енбек» предлагает молодым людям трудоустройство с зарплатой в 76 тысяч тенге. Такие условия труда едва ли можно считать приемлемыми. В итоге у молодежи не остается другого выбора, кроме как уезжать из страны для поиска перспектив за рубежом.
Решению проблем, связанных с безработицей, должна была способствовать электронная биржа труда, но и здесь не все гладко. С начала этого года и по сегодняшний день количество вакансий на ней увеличилось в 8,5 раза — до 176 тысяч. Однако большая из них часть предлагается для людей с низкой квалификацией, а заработная плата варьируется от 80 до 120 тысяч тенге.
Как же изменить госполитику по борьбе с безработицей, чтобы она дала результат? Как мне кажется, здесь необходимо опираться на новые нерыночные программы гарантированной занятости, которые должны быть осуществлены государством за счет вовлечения безработных в общественно полезные работы.
В целом, пока не произойдет коренной перелом в экономической политике и отказ от прежней неолиберальной модели, ориентированной на вывоз сырья, ситуация с безработицей будет только усугубляться. Мы сталкиваемся с эффектом «лишнего населения», которое не задействовано в обслуживании нефтяной трубы. Очевидный крах неолиберальной концепции уже очевиден и без собственной индустриализации обеспечить работой огромные толпы фактически безработных и новые поколения казахстанцев будет попросту невозможно. Думают ли об этом на самом верху, очень большой вопрос.
Нурлан Фадеев, политический обозреватель, специально для «Эхо Казахстана»
Фото: kommersant.ru
