Накануне ВМС США рассказали об инциденте, во время которого военный корабль другой страны совершил «небезопасный и непрофессиональный маневр» рядом с американским эсминцем USS Decatur, приблизившись к нему на 41 метр, в результате чего американскому судну пришлось уклониться от столкновения.
В этой новости не было бы ничего особого, если бы она касалась России. Подобные стычки между российскими и натовскими военными — и на воде, и в воздухе — считаются почти нормой.
Однако на этот раз дело произошло в Южно-Китайском море и пожаловались американцы на китайский военный корабль Luyang.
Это событие — в отличие от происшествий с участием России — заслуживает особого внимания. Это скорее всего первый такой случай для китайской армии в настоящий период. А в сочетании с недавней новостью о том, что Пекин отказал американскому универсальному десантному кораблю в возможности совершения захода в порт Гонконга, планировавшийся на октябрь, история приобретает интересный сюжет.
Получается, с одной стороны, армия Китая в разнообразных рейтингах занимает обычно третье, а иногда даже второе место по мощи в мире, уступая США и России. Это вполне заслуженно, учитывая колоссальные усилия и ресурсы, вливаемые китайским руководством в Вооруженные силы страны.
С другой стороны, понять, чего на самом деле стоит любая армия, можно, только увидев ее мощь. А вот с этим у китайских Вооруженных сил дело обстоит не очень хорошо, поскольку примеров их работы мир давно не видел.
Точнее, мир видел, как многие годы Пекин старался уклониться от ситуаций с напряженной военной обстановкой, избегая конфронтаци.
В общем, отказ китайского руководства от проверки собственной обновленной армии в боевых и приближенных к боевым условиях ряд военных экспертов сваливают на страх новых неудач и недостаток политической воли.
В глобальных экономических и политических возможностях,Китай ни у кого не вызывает сомнений. Однако государство не может претендовать на статус сверхдержавы, если у него не лидер в военной мощи, к которой рано или поздно приходится прибегать абсолютно всем странам.
Уклонение Пекина от военной конфронтации в любых формах позволяло выдвинуть версию, что, несмотря на все свое политико-экономическое могущество, велик риск остаться на вторых ролях.
Пекин претендует на доминирующее положение в море и для укрепления позиций увеличивает площадь нескольких рифов с помощью насыпей, не позволяя к ним приближаться иностранным судам.
Эти действия не вызывают восторга у соседей, но наибольшую активность в противодействии как обычно, проявляют США, которые воспринимают действия Пекина как вызов.
В результате в последние годы привычными стали новости о том, что тот или иной американский военный корабль приблизился к спорным островам, по поводу чего Китай выразил официальный протест и потребовал прекратить провокации.
Неудивительно, что в конце концов данная позиция Пекина стала восприниматься многими как признание слабости: если на спорную территорию, над которой вы утверждаете свой суверенитет, вторгаются иностранные военные, а вы ограничиваетесь официальным высказыванием возмущений.по этому поводу, закономерно возникают сомнения.
Именно поэтому так значим этот произошедший инцидент, когда китайский военный корабль буквально «вытолкал» американский эсминец из спорных вод, показав тем самым, кто в доме хозяин, и дополнив привычную дипломатическую риторику Пекина военным аргументом.
А то, что американцу пришлось уступить и сменить курс, недвусмысленно свидетельствует: китайские военные были настроены крайне серьезно.
Таким образом, раскручивающееся противостояние США и Китая получило военную составляющую, в которой Пекин перестал всячески, уклоняться от конфликта, начав демонстрировать куда больше своей военой мощи.
