Казахстанский сегмент интернета вновь взорвался дискуссиями о пытках и убийствах в исправительных учреждениях. Об очередных издевательствах над заключенными, которые вынуждены были в знак протеста зашить себе рты после избиений, сообщила известная правозащитник Елена Семенова. Она согласилась ответить на ряд вопросов «Эха Казахстана», прокомментировав ситуацию в тюремной системе страны.
— Э.К. Вы написали пост о том, что свидетели смерти осужденного Кондратенко находятся в опасности. Что с ним случилось и в какой колонии?
— Е.С. Осужденные, которые являются свидетелями смерти заключенного Кондратенко в учреждении ОВ-156/2, были этапированы в целях безопасности в следственный изолятор ОВ-156/1. Этапированы для того, чтобы с ними ничего не случилось, например, случайно не упали «с кровати», как у нас это бывает, и для того чтобы они дали правдивые показания как все произошло на самом деле, чтобы не меняли показания как кому-то угодно, и не отказывались от них.
Совершено непонятно почему к свидетелям, которым обеспечена безопасность, есть свободный доступ? Таким образом, свидетели находятся не в безопасности, а с точностью наоборот, они в большинстве находятся в одном месте, в одной камере, их никто не видит, потому что они не среди массы осужденных, доступ свободный в любое время дня и ночи. Заходи и делай что хочешь, можно подстроить все что угодно.
Дело по факту смерти осужденного находится в стадии завершения, арестованы 7 сотрудников учреждения, вообще, по логике, нужно еще задержать вообще контролеров национальной гвардии, и судмедэксперта за дачу заведомо ложного заключения, данного им сразу после смерти осужденного.
Я могу предположить почему началось такое давление именно сейчас. Просто подозреваемые не смогли договориться со следственной группой и судмедэкспертами, которые проводили повторную экспертизу, и у них осталась одна возможность избежать наказания – сделать так, чтобы свидетели отказались от своих показаний. Именно поэтому я считаю, что свидетели находятся в опасности.
— Э.К. Также Вы сообщили, что свидетели его смерти были избиты в СИЗО и зашили себе рты. Можете рассказать подробности инцидента?
— Е.С. Как говорят, в камеру ворвалась толпа сотрудников, вытащили осужденных в коридор и начали избивать, и в знак протеста на следующий день осужденные зашили себе рты. Свидетелям поступают угрозы разного характера, на них оказывается давление.
— Э.К. Администрация СИЗО, сотрудники прокуратуры как-то реагируют на все эти угрозы, нападения и давление? Назначена ли судебно-медицинская экспертиза (СМЭ) по телесным повреждениям?
— Е.С. После избиения родственники наняли адвоката, однако адвоката к одному из тех, кого избили не пустили, а почему? Могу предположить, что этому осужденному досталось больше всех. СМЭ должны были провести и полагаю, что провели. Как реагируют надзирающие органы пока не понятно, но полагаю, что после того, как события в СИЗО стали достоянием гласности, надеюсь, что СИЗО посетили сотрудники прокуратуры и не только. Будет ли какой-либо результат? Надеюсь, что будет и что в первую очередь сотрудники получать предписание в отношении свидетелей, а было бы ещё лучше, что бы им была обеспечена полная охрана.
— Э.К. Как реагирует руководство КУИС и министр МВД? Они же громогласно заявляли о широкомасштабной кампании по борьбе с пытками.
— Е.С. Судя по происходящим пыткам, жестокому обращению и унижению в учреждениях Павлодара, Алматы, Костаная, Семипалатинска, Караганды, Нур-Султана и других городов, и регионов, какой бы не была реакция КУИС и министра сотрудникам на местах это безразлично, озвученная Министром МВД «вертикальная ответственность» руководителей за своих подчиненных осталась голословной.
Стоит обратить внимание как сидят бывшие сотрудники, обвиненные в пытках и жестоком обращении и осужденные.
Говорят, что и подозреваемые в смерти Кондратенко неплохо сидят в СИЗО, ходят друг к другу в гости, встречают праздники в медсанчасти, получают в передачах горячее, хотя другим задержанным запрещают приносить горячее. Я не утверждаю, но советую проверить данные факты, посмотреть видеокамеры, если, конечно, они установлены в тех местах, где находятся в данном случае подозреваемые в смерти Кондратенко.
Тем не менее, я вижу попытки и желание руководителей и прокуратуры и КУИС изменить ситуацию, но, к сожалению, у них не получится до тех пор, пока они будут стараться скрывать и выгораживать своих сотрудников. Нужно каждое заявление рассматривать тщательным образом, отстранять на время проверки подозреваемых работников правоохранительных органов, надо не направлять сотрудников с одного учреждения в другое в случае выявления каких-либо пусть даже маленьких фактов злоупотребления, а увольнять по соответствующей статье. Тогда будет результат.
Кроме этого, я бы заставила всех сотрудников сдать экзамен на знание правил Нельсона Манделы. Это те, правила по которым должны жить сотрудники уголовно-исправительной системы!
— Э.К. Какие выводы можно сделать из этих событий?
— Е.С. Очень плохо, что у нас начинают «реагировать» на пытки и жестокое обращение, когда наступили неотвратимые последствия, когда жизнь уже оборвалась. Если бы, надзирающие органы отреагировали хотя бы на одно заявление, жалобу, или телефонный звонок сестры погибшего надлежащим образом, то Кондратенко остался бы жив.
Фото: inbusiness.kz
